Дорогой Телль!

Нашего с Оррином сына похитили апачи. Оррин сейчас в Вашингтоне. Тайрел болен.

Вы можете мне помочь?

Лаура Сакетт

Значит, у Оррина есть сын! А мне так никто и не соизволил сказать, хотя, если учесть, что я бродяжничал, переезжая из города в город, это не удивительно. Если уж на то пошло, мне совсем не обязательно об этом знать.

Никто из родственников не знал, где я, но теперь об этом поздно говорить. Когда я попал в беду и мне понадобилась помощь, все, кто мог, примчались на выручку, и если мальчишку Оррина украли индейцы, мне надо действовать быстро, пока его не убили... если уже не убили.

Никто не знает, что могут сделать апачи. Они могут убить ребенка сразу, а могут, если он им понравится, воспитать его, как одного из своих сыновей, с такой же любовью и заботой. Все зависело, сколько ребенку лет, как он себя ведет и как быстро индейцам надо убираться обратно.

Я знал, что апачи уважают храбрость. Им не нужны слабые и трусливые, а к тем, кто просит пощадить их, они не испытывают ничего, кроме презрения.

Апачи уважают те качества характера, которые требуются им самим в повседневной жизни. Смелость, сила духа, выносливость и умение охотиться и скрываться от охотников - самые ценимые ими достоинства.

Тусон тихо лежал под жарким полуденным солнцем, когда мы пропылили по главной городской дороге, рыская глазами по сторонам в поисках салуна или кафе, где можно было бы найти тень, промочить горло и услышать последние слухи, до которых охочи все бродяги.

Мы въехали в город с осторожностью, потому что у каждого из нас было немало врагов. Мы въехали, отстегнув ремешки с револьверов, готовые удирать или драться - как повезет, но улица была пустынной, изнывающей от зноя. Температура была не меньше сорока в тени.

- Все, что нужно этому городишке, - сказал Джон Джей Бэттлс, - это побольше воды и людей классом повыше.